День смерти Тарсиса

Недавно была годовщина смерти Тарсиса. Я обычно вспоминаю его из-за того что один из его героев (высокообразованный) говорит что бюст его девушки заслонил собой бюсты Вольтера, Мольера, и других великих мыслителей.
Но интересно и то, что строчки в песне Высоцкого
Вчера в палате номер семь
Один свихнулся насовсем -
Кричал: «Даешь Америку!» и санитаров бил.
относятся по-видимому именно к Тарсису.
Ну и в заключение отрывок про Тарсиса:
( Read more... )

UPD sawinych написал:Уважаемые дамы и господа,
у меня имеется библиотека писателя Валерия Яковлевича Тарсиса, всего 982 экземпляра.
Библиотека упакована в 15 коробок примерно по 30 кг каждая.
Я сделал каталог имеющихся книг, где записал издательство, год, автора, название, количество страниц и примечание к каждой книге.
В примечании написал пометки в книгах, сделанные рукой В. Я. Тарсиса и Ханни Тарсис (женой Валерия Тарсиса), а также дарственные надписи различных писателей и пр. Кроме того, в последнюю 15-ю коробку я положил 8 фотографий Ханни с Валерием Яковлевичем и акад. Сергея Сергеевича Аверинцева.
Если вы заинтересуетесь, то каталог я могу вам прислать по мейлу.
Сами книги находятся в пригороде Берна, в Швейцарии.
Если кого-то заинтересовала данная информация – обращайтесь.
С уважением,
Сергей Савиных

Городницкий и Достоевский

 Тема Не женитесь, поэты встречается в нескольких стихотворениях Городницкого. Городницкий явно полагал, что от супруги для творческого человека- никакой пользы, кроме вреда. Но я тут вспомнил Достоевского. Взгляд Достоевского на тот же вопрос, но с другой стороны (и таки да, этот отрывок еще относится к столь часто поднимаемой мной теме иллюзий как защиты):
Она была энтузиастка, мечтательница, видела в Ефимове какого-то гения, поверила его заносчивым словам о блестящей будущности; воображению ее льстила славная участь быть опорой, руководительницей гениального человека, и она вышла за него замуж. В первый же месяц исчезли все ее мечты и надежды, и перед ней осталась жалкая действительность. Ефимов, который действительно женился, может быть, из-за того, что у матушки моей была какая-нибудь тысяча рублей денег, как только они были прожиты, сложил руки и, как будто радуясь предлогу, немедленно объявил всем и каждому, что женитьба сгубила его талант, что ему нельзя было работать в душной комнате, глаз на глаз с голодным семейством, что тут не пойдут на ум песни да музыка и что, наконец, видно, ему на роду написано было такое несчастие. Кажется, он и сам потом уверился в справедливости своих жалоб и, казалось, обрадовался новой отговорке. Казалось, этот несчастный, погибший талант сам искал внешнего случая, на который бы можно было свалить все неудачи, все бедствия. Увериться же в ужасной мысли, что он уже давно и навсегда погиб для искусства, он не мог. Он судорожно боролся, как с болезненным кошмаром, с этим ужасным убеждением, и, наконец, когда действительность одолевала его, когда минутами открывались его глаза, он чувствовал, что готов был сойти с ума от ужаса. Он не мог так легко разувериться в том, что так долго составляло всю жизнь его, и до последней минуты своей думал, что минута еще не ушла. В часы сомнения он предавался пьянству, которое своим безобразным чадом прогоняло тоску его. Наконец, он, может быть, сам не знал, как необходима была ему жена в это время. Это была живая отговорка, и, действительно, мой отчим чуть не помешался на той идее, что, когда он схоронит жену, которая погубила его, всё пойдет своим чередом. Бедная матушка не понимала его.